Деньга
Откровенно признаюсь читателю, не откладывая: финансист из меня, как из мерина
— скаковой жеребец в призовом заезде на ипподроме. Ну, не дано. В нашей
традиционной журналистской семье, помню, все же был человек, имеющий шанс
сорвать банк не в казино, а по призванию.
И шанс этот появился у моего племянника Антона. Что в те времена, да и в
нынешние тоже, коллекционировали пацаны? Календарики, спичечные коробки,
марки, иностранные монеты, открытки и, конечно же, фантики (как я мог забыть о
фантиках?). Однажды я прихожу домой к старшему брату Анатолию, и Антошка
говорит мне, а было ему тогда лет семь или чуть больше: дядь Валь, есть у тебя
деньга? Чего? — переспрашиваю я. Может, говорю, тебе пфенинг нужен? А он
отвечает: рупь. Зачем, Антошка, тебе «рупь»? Он спокойно отвечает: я решил
собрать коллекцию из совецких деньгов. Мы все тогда решили: эпизод в жизни
нашего ребенка. Но через какое-то время — второй случай.
Был в семье замечательный пес по имени Джон: самый породистый из Дворняжек и
далеко не самый глупый. Несколько лет он весьма удачно дурил нам головы, пока
не признался, что он вовсе не джентльмен. А дама. И тогда мы стали Джона
называть Джойкой (не менять же из-за пола привычное имя!). Как-то Антошка
утром прогуливал Джойку и вернулся домой с рублем в кармане. Откуда «деньга»?
Да выменял. У кого и на что? Да у Сеньки, — отвечает, — я сказал ему, что если
у Джойки будет щеночек, я дам Сеньке один раз погулять по двору.
Вот тут мы и поняли, что в нашей семье появился собственный коммерсант с
завидной перспективой. Сегодня Антон уже «сороколетник»: средний возраст наших
властей и бизнесменов. Был бы он у нас не менее, чем вице-премьером или
банкиром, но судьба распорядилась иначе: закончив медицинский институт, Антон
стал оперирующим офтальмологом. Его рукам, говорят, можно позавидовать, а уж
о мозгах я не говорю, тут вы, читатель, сами убедились.
Какие самые ценные качества надо считать нужными финансисту? Разбираться в
«деньге» — раз, второе — самому остро видеть жизнь, а уж если надо, то и
окружающим зрение поддерживать на уровне, чтоб получился: «Будь спок». Может,
именно этих качеств не хватило нашим властям, чтобы не допустить нынешнего
кризиса, лечиться от которого приходится с помощью хирургии.
Грустно смотреть на обе власти (я имею в виду исполнительную и
законодательную), которые не столько общими усилиями пытались вылезать из
кризиса, сколько пытаются использовать его в собственных политических целях:
одни — отобрать власть, другие — ее не отдать. А уж потом выяснить, почему и
когда совершили ошибки, доведя страну до нынешнего состояния. И я, и вы,
читатель, в экономике и финансовых делах разбираемся лишь с помощью здравого
смысла, а в тонкостях «не компетентны». Моя логика (может, и ваша) проста и
прозрачна, она Далем сформулирована как народная мудрость: «рубль — ум, два
рубля — два ума, без рубля — без ума». Казалось бы, как просто. Но к этому
надо еще добавить и «обратную зависимость»: «Будет ум — будет рубль, не будет
ума — не будет рубля». Теперь о «деньге» хватит.
Спрашивается, однако, а кто сформировал обе эти беспомощные власти на наши
тонкие шеи? Давайте признаемся себе: мы сами. Воистину, точно по Овидию: мы
страдаем от ран, нанесенных себе собственным оружием. Но самое печальное то,
что завтра — если нам завтра придется идти на новые выборы — мы с вами, как
слепые с поводырями, отправимся с листочками в руках к урнам и сделаем то же
самое. Если поведет нас не умная Джойка с профессиональным глазником на
поводке. Как нам обрести если не прозорливость, то хотя бы не утратить то
зрение, которое есть сегодня?
И еще я думаю над непостижимой для меня загадкой (и никак не могу ее
разрешить): почему, принимая огромное количество решений, как политических,
так и финансовых, наши властители хоть и мажут часто мимо, но иногда все же
попадают в точку, проявляя грамотность и, бывает, мудрость.
И вдруг сообразил, а не действует ли в нашем случае знаменитое правило
великого Всеволода Мейерхольда, точно заметившего, как может только режиссер
и актер: «Остановившиеся часы, выброшенные на помойку, два раза в сутки
показывают правильное время»[5].
Господи, подумал я, а не так ли и они попадают в точку? В правительстве, в
Думе сидят вполне нормальные люди, не с луны свалившиеся, не старцы и не
юноши. Дееспособный народ, о котором не скажешь: первую половину жизни мы
страдаем от глупости, а вторую — от ума. Они-то как раз посередине, от чего ж
они маются?
Закончу, однако, цитатой из «Нагорной проповеди», и читатель сразу поймет, что
я имею в виду, ссылаясь на Христа: «И так всегда: как хотите, чтоб с вами
поступали люди, так и вы поступайте с ними, в этом закон и пророк».
Власть. 1998, август
Оглавление